Category: криминал

Category was added automatically. Read all entries about "криминал".

dogcat

солнце моё, взгляни на меня

шестилетний Андрейка (который хулиган и криминальный элемент из четвёртого подъезда глазами бабушки) неделю стоял в углу и гундел. Не по поводу угла (я в тот угол ставлю все картинки, приготовленные для летней выставки, так что у него там нормальная тусовка), а по поводу того, что я его сфотографировала в пасмурный день и выложила в интернет. Посмотри, гундел Андрейка, какой я на той фотографии получился блеклый! Ну ладно, оттенки синего и зелёного ты, как синезелёный маньяк, туда-сюда вытянула в фотошопе, но как насчёт красного? А золото! Разве это золото? Тоска, а не золото. Я на той фотографии не лучезарный хулиган (каким меня задумывала мать-природа в твоём же лице), а какой-то заунывный отличник с мытыми ушами.

гундел, в общем, и гундел, и гундел. Что тут скажешь, мне иногда так хочется новую картинку показать, что я её могу сфотографировать сразу как закончу (а это часто бывает глубокой ночью) на любой утюг, который под руку попадётся, в неверном свете догорающей лучины. Потом ещё можно ужать её хорошенько через инстаграм, а фб добросовестно дожует то, что осталось, для закрепления эффекта. Поэтому на гундение Андрейки я отвечала, как на любой горький, но справедливый упрёк -- говорила, чтоб отстал. Потом, мол, для печати принтов нормально сфотографирую как положено с софтбоксами или отнесу сканировать на космическом сканере в печатню музея фотографии, в общем, отстань пока и всё тут. А в пятницу нам включили солнце, и оно так красиво на стене квадратами, что невозможно было удержаться.



dogcat

узнала

узнала утром, что по-чешски високосный год будет přestupný rok. Преступный рок, то есть. ПРЕСТУПНЫЙ РОК.

хожу теперь полдня и представляю себе обложку любовного романа. Такого, знаете, про любовную любовь двух любящих друг друга любовников. Там еще обычно героиня юна, прекрасна и невинна, и её чарам покоряется достойный кавалер со стальным подбородком серых глаз и неплохой карьерой, например, принц. Любовь их запретна, понятное дело. Дальше там про страстную страсть, трагическую трагедию, разлучающую разлуку и волнительные волнения страниц на пятьсот, плюс непременно кого-то должны оклеветать, а кто-то должен раскатисто и зло смеяться уголком губ, и какие-то кони скачут, и рвутся кружева, и сверкают изумруды в колье, оттеняя что-то там. Сжигаются письма, пепел подмешивается в вино и крендельки, влюблённые на ощупь не узнают друг друга на маскараде, дворец разоряют индейцы. Потом свадьба.

потом шестнадцать томов продолжения. "Преступный рок и демон страсти", "Преступный рок и узники желания", "Таинственный секрет преступного рока". Иногда, правда, эти видения сменяются другими: Мик Джаггер надевает маску с лицом Джона Леннона и идёт грабить банк. Потом, конечно, неизбежно -- в этой же маске на карнавал, канделябры какие-то, зловещий смех, индейцы, кони, Йоко опять же.

магия слова, невозможно сопротивляться. В любом случае хороший год получается, нескучный.
dogcat

а вот

Шестилетний Андрейка (хулиган и криминальный элемент из четвертого подъезда) глазами подслеповато любящей его бабушки Зинаиды Георгиевны



70х70 см, холст, акрил (и золотое покрытие там, где Андрейка виден сквозь линзы бабушкиных очков)

Collapse )
dogcat

Принт "Прогулки" в паспарту и рамке



вот пишу этак сдержанно, мол "синий удался", а ведь за этими двумя строгими, нордическими словами -- метры истраченной на эксперименты бумаги, десятки слоев в графических редакторах, километры нервов (не только моих) и даже одно почти отпиленное канцелярским ножиком ухо (мое, тут без вариантов -- я маниак, но чту уголовный кодекс). Такой оттенок синего -- один из самых сложных для переноса на бумагу. Стоит немного ошибиться при подготовке к печати, и он тускнеет. Чтобы найти правильный оттенок, понадобились две недели. Пару раз с губ моих даже слетали горькие слова и горячечные зароки больше никогда в жизни не связываться с синим цветом, черт бы побрал, доннерветтер, далее нрзбрчв. Стол в столовой завален пробными забракованными экземплярами, я их забрала из печатни домой, чтобы было что в случае необходимости подшить к истории болезни в ближайшей психиатрической лечебнице.

в общем, двухнедельная драма, интрига и борьба скрываются за двумя словами "синий удался". Но оно того стоило -- берешь теперь принт, а на нем небо светится, как в синий час.

заказать себе такой же можно вот так.
dogcat

про зомби, шапочки из фольги и тапиоковые шарики

снег внял моим прошлонедельным калима-балима и к вечеру вторника растаял без следа. К четвергу снова потеплело до +12, а в субботу установилось хорошее такое милосердное восемнадцатиградусное лето. Это было очень кстати, поскольку в субботу я, снаряженная собакой, прокатилась в Чешский Крумлов, чтобы встретиться там с прекрасной Таней sabesski. Таня -- потрясающее сочетание олдскульной голливудской красоты и здравого смысла, а ещё у неё муж Володя, и этим сказано вообще всё, потому что мужи Володи замечательные и кому попало не достаются.

***

Крумлов умильный и разноцветный, как всегда. Странный город, напоминает огромные декорации для фильмов о диком западе: тут фасад салуна, тут церквуха, тут гробовщик, тут на скрипучей веранде, покачиваясь на кресле, сидит бывший гангстер, а ныне -- мэр и немножко хозяин публичного дома. Так и Крумлов -- здесь немного рыжей черепицы, тут средневековая роспись на стене, там башня замка, похожая на торт. Сплошные отели, рестораны, музеи, галереи, лавки с одинаковыми сувенирами. На первый взгляд город-игрушка, на второй -- припудренная мумия, но не всё там так просто, это точно.

***

Collapse )
dogcat

криминальная хроника - 2

парикмастерица рассказывает детективную историю, прочтённую в старинной хронике об одной из близлежащих деревень: жил, предположим, в семнадцатом веке в оной деревне кузнец по фамилии, предположим, Шмидт. Кузня у него была фамильная, добротная, стояла на перекрёстке ещё тогда, когда и деревни-то не было -- здесь шла старая дорога из Вены в Прагу, и без работы ни предки кузнеца не сидели, ни он сам. Сколотили, стало быть, какое-то состояние за пару-тройку веков, не бедствовали.

и тут, сообщает нам хроника, пан Шмидт вдруг завещает свою кузню и пристроенный к ней дом своему вроде как другу пану, предположим, Пекару, булочнику. Не сыну, не дочери, а пану Пекару. После чего, изумляется хроника, в течение пары дней пан Шмидт внезапно (там так и было написано, с восторгом подчёркивает парикмастерица -- внезапно! Вот времена были, даже хронику писали, как роман) в общем, внезапно пан Шмидт отбрасывает коньки.

и тут появляются новые действующие лица -- зажиточная семья потомственных мясников из соседней, покрупнее, деревни, по фамилии, допустим, Фляйшер, и буквально в течении недели покупает у пана Пекара и кузню, и дом скоропостижно скончавшегося пана Шмидта.

а дальше хроника готическим шрифтом на "швабаке" (так чехи называли диалект немецкого языка, который царил в этих местах до 1945 года -- все городские хроники на нём велись) сообщает, что семья Фляйшеров перевернула в доме кузнеца каждый кирпич, но клад так и не нашла.

- Клад?

- Ну да, клад. Банков же не было. Тут у всех были клады попрятаны в домах. До сих пор иногда находят. Но вот у кузнеца -- не нашли.

ну, дом уже купили, куда его девать? Отдали дочери Фляйшеров. Кузня зачахла, потом уже коров в ней на ночь ставили, вилы всякие хранили, колёса от телег. Непримечательная, в общем, дальше история, обычная деревенская жизнь. И что вы думаете, говорит хроника, в 1904 году новые владельцы стали перестраивать дом, сломали стены и нашли клад. Было там полторы тысячи золотых монет, сколько-то тысяч талеров серебром, камни, конечно, самоцветные, в общем, неплохой такой сюрприз.

а моя бабка (говорит уже парикмастерица, а не хроника) приехала сюда, в нашу деревню, из Табора. Как раз когда немцев после войны отсюда чемодан-вокзалили. Она приехала, выбрала себе этот домик и поселилась. И когда они делали ремонт и ломали стены, лишние кирпичи, балки и прочий стройматериал складывали в подвале. А после 89-го потомки выгнанных немцев приезжали, смотрели на дома своих дедов. Ну, мы люди вежливые, даже внутрь пустили. Так вот между прочим, те, которые говорили, что их дед нашим домом владел, очень рвались в подвал. Ничего другого не хотели смотреть, практически, только, мол, в подвал пустите.

- А вы?

- А мы честно сказали, что у нас там мусор лежит. Они уехали, а мы мусор вынесли и подвал обыскали.

- И?

- И ничего не нашли. Может, плохо искали, а может, немец, который отсюда последним улепётывал, клад прихватить успел, а семье не сказал.

Вот такая вот детективная история с открытым финалом.
dogcat

криминальная хроника

ещё до десяти утра было зарегистрировано несколько происшествий:

во-первых, выезжая из гаража, я подверглась нападению снега. Снег нападáл, валясь на лобовое и плавно скользя по боковым. Народ в моём лице ликовал и за неимением чепчика бросал в воздух ключи от машины. Шутка ли, это первый снег за зиму. Падает он, правда, странно -- тает в трёх сантиметрах от земли. Если смотреть секунд пять, возникает ощущение, будто перед глазами проигрывают закольцованную гифку, из которой убрали последний кадр -- где снежинки всё-таки долетают до асфальта и укладываются в белые слои. Гипнотическое зрелище. Народ в лице Раступреступности тоже одобряет.

во-вторых, сидя у парикмастерицы, к которой езжу заплетать свою венцеобразную косичку, я подверглась нападению Чешской Почты. Она в лице пани Ярошевой ехала мимо и, узнав мою машину, решила занести посылку. А я, между прочим, вообще в другом городке живу!

в-третьих, общими усилиями мы с Раступреступностью раскрыли очередной "скандал в Богемии". У нас за окном столовой растут две японских вишни, и мы на них зимой подвешиваем кормушки для синиц -- такие шарики из зёрен, семечек и жира. Так вот эти шарики кто-то повадился воровать. Сначала мы грешили на лабрадора, который время от времени приезжает в гости к кому-то в посёлке и разгуливает по чужим участкам, нанося хаос и разрушения. Этого негодяя мы видели непосредственно в прыжке, в попытке снять с ветки один из шариков. Правда, после пары сердечных подзатыльников со стороны хозяина лабрадор осознал и раскаялся. Потом подозрения пали на Раступреступность, поскольку он был замечен с шариком в зубах. Следственный эксперимент, впрочем, показал, что Раступреступность породы скотч-терьер при всём желании не сможет допрыгнуть до шарика, висящего на высоте полутора метров. Значит, он поднял его уже с земли, где его оставил застигнутый врасплох грабитель. И вот сегодня загадка была решена: в то время как синички, прилетая парами, степенно угощаются на месте, лесная гопота в лице соек налетает толпой и норовит вынести из ресторана холодильник целиком вместе с печкой и поваром. Раступреступность спугнул их как раз в момент, когда они стащили шарик с ветки и, снова уронив его на землю, решали, чья очередь транспортировать добычу в лес. Суровая природа "пустынь Богемии холодной", как говорил Уильям Копьетрясов.
dogcat

(no subject)

мастеркласс Джослина Хогга на тему, которую можно сформулировать примерно так: как отщёлкать за 4 года 1,2К плёнок о жизни лондонской криминальной диаспоры и не схлопотать за это всё пулю в лоб

Для начала Хогг сообщил, что со своими "моделями" познакомился на Тенерифе, где в тот момент снимал по заданию для журнала. Они там отдыхали, а он там работал. По занятному совпадению то ли в этот момент, то ли незадолго до этого он снимал репортаж о двух не то байкерах, не то бандитах, не то просто позёрах. Которые оказались в знакомстве с руководством "Фирмы" и, хвастаясь своими фотографиями, сделали Хоггу своего рода рекламу в криминальных кругах.

... там была эта, знаете, мисс Тенерифе-96. И один из ребят в неё безумно влюбился. Она потом сказала мне: "Единственная причина, по которой я с ним - это ты. Я видела, как ты постоянно щёлкал этих парней, и решила, что они - какие-то знаменитости".

... понимаете, я бывал в Боснии, в Палестине во время войны. Мне не было так уж чтобы очень страшно. Хотя бывали моменты, когда я предпочитал "прикинуться шлангом". Само собой, они не обсуждали при мне своих дел, а если и обсуждали, то делали это в клубах, где на расстоянии двух шагов уже ничего не слышно. Да я и не стремился влезть в какие-то тайны. Я снимал их жизнь, а не криминальную хронику. Хотя для кого-то это одно и то же.

... нет, они не боялись, что о них узнают. Они говорили мне "снимай, сколько хочешь. Полиция знает, кто мы такие".

Collapse )