January 11th, 2009

dogcat

(no subject)

на вопрос "ну как там олени? появились?" у меня уже выработался рефлекс - горькая усмешка и скорбная складка у губы. "Понятия не имею, как они. Мне это не интересно. Мне до этих ваших оленей дела нет. Свет клином не сошёлся на этих ваших оленях, кому они нужны вообще", - холодно отвечала я и отворачивалась. Нет, они, конечно, уже попадались мне на глаза - три штуки в один день перебегали дорогу метров за пятьдесят от машины, а где-то через пару недель четвёртый выскочил на трассу за три метра до нашего бампера, и хорошо, что дорога была сухой и нескользкой. Но это всё не то, всё не так.

Я была игнорирована оленями, фрустрирована и даже где-то как-то депривирована ими. Пустоту в сердце, образовавшуюся от такого наплевательского отношения оленей, постепенно заняли полевые мыши. Я насыпала им вечером на камень зерна, а утром умилялась следам лап на снегу и цепочке крупинок по направлению к норке. Я уже была близка к тому, чтобы решить, что оленей не существует. А следы на снегу - результат чудовищной мистификации. Именно поэтому, когда сегодня за завтраком Вован посмотрел в окно и сказал "Там три оленя", часть моего существа цинично ухмыльнулась и ответила "Ага. Десять".

Другая часть в это время бежала за фотоаппаратом.
Ну, в общем, реабилитировались негодяйчики. Устроили дефиле метрах в семи от наших окон.



Collapse )