латентная буддистка Rezza (busconductor) wrote,
латентная буддистка Rezza
busconductor

Categories:

Sarajevo

В полдень зазвонили колокола в башенке церкви святого Иосифа, и почти сразу, через секунду, зазвенели над городом голоса муэдзинов.

Солнечный свет греет черепичные крыши частных домов на окружающих исторические кварталы склонах. Синее небо отражается в зеркальных стенах - небоскрёбы делового центра, чужеродные среди минаретов, как золотой зуб в голливудской улыбке.

Ленивые утки кучкуются под мостами, равнодушно глядя на проплывающие мимо куски хлеба. Вечно голодные, вечно злые вороны несметными полчищами кружат над деревьями парка, высматривая ужин.

Облезлые стены с дырами от пуль в красочных, ещё довоенных, граффити, австровенгерские строгие линии, чёрные провалы окон в зданиях, не тронутых со времён войны. Красное на сером – резиновые кляксы в асфальте, в память убитых снайперами прохожих. Красное на сером – заделанные кирпичом пробоины в стенах многоэтажек. Белое на зелёном – камни мусульманских могил в городских скверах, белое на красном – оконные проёмы францисканского монастыря. В паре-тройке кварталов отсюда – синагога, где-то рядом – жёлтые стены православной церкви.

Бродяги греют руки у вечного огня, мимо идут студентки – хиджабы под цвет модных туфель, розовые, голубые, зелёные. Чёрные глаза подведены по-восточному ярко, горбинки носов выдают турецкие корни. Турецкие корни фамилий, славянские суффиксы. Славянские корни слов, восточные интонации разговоров.

Бежишь по остаткам асфальта, перепрыгивая через лужи, и, выпуская на волю облако дыма, открываешь тяжелую дверь в бар «Золотая рыбка». Помещение размером с три советских кухни, под завязку набитое антикварными штучками. Телефоны, шкатулки, книги, фотографии - их так много, что даже не режет глаз. Золотая рыбка в банке у бара, в туалете – допотопный телевизор, транслирующий чёрнобелую запись: мужчины в строгих костюмах решают, был ли в Сребренице геноцид – или просто война. У столика в прокуренном зале стопка юмористических журналов сорокалетней давности, открываешь и встречаешься взглядом с улыбчивым Ленноном. Семидесятые, он ещё жив. А я – ещё нет. Эту мысль хочется запить чем-то покрепче горячего шоколада.

Выбираешься из душного бара и считаешь звёзды над головой, а потом замечаешь звёзды под ногами – в свете фонарей искрится ночной иней на молодой траве.

Город-хамелеон, мрачно-тревожный во время дождя, жизнелюбивый под лучами солнца. Город – лакмусовая бумага, депрессивную душу утащит в темноту, измучает ранеными стенами, испугает красными пятнами на асфальте, добьёт ухмылками вездесущего Танатоса, затаившегося повсюду, в каждом брошенном здании, в бесконечных могильных камнях на траве, в пустых раковинах прошлогодних улиток, в брелках из патронов и пуль...

Смеющиеся подростки, красивые женщины, стильные кафе на пешеходной улочке, медные подносы, кофейные сервизы филигранной чеканки, колокола и пение муэдзинов в полдень... город – лакмусовая бумага, звенит упрямым хохотом бессмертного Эроса, лёгкую душу подхватывает и несёт в синеву неба, к облакам, откуда лучше видны рыжие черепичные крыши, и зеленеющие весенние парки, и блестящая лента реки.
Tags: psycho_world, sarajevo, story, txt
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 71 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →